Роман "21"

9

Дороги

Алсу безжалостно будит меня ранним звонком и просит сходить с ней в кино. Она всегда была именно такой. Могла пропасть на неделю или месяц, а потом прислать смс с предложением «срочно купить билет в Канны». Я знаю, что дело не в безумном желании посмотреть творение Гай-Германики, а в банальном приступе одиночества. Мне это знакомо. Очень знакомо. Я тоже иногда срываюсь. Но мне страшно звонить и быть отвергнутой. Я не так хороша, как Алсу, чтобы трепать людям нервы. Я не умею быть стервой. Я не умею заставлять людей жалеть о том, чего они не делали. Возможно, в этом моя самая большая проблема.
 Как и всегда, Алсу ждет меня в машине с включенным аварийным сигналом. В месте, где она припарковалась изображен грозный значок эвакуатора. Я плюхаюсь на переднее сиденье, заваленное клубными флаерами, и с размаху целую ее  в ароматную щеку.
- Что-то случилось?
- Со мной? Нет. А вот ты пропала. Ни звонка, ни смс всю неделю.
- Я была занята.
- В каникулы? Чем?
- Это личное.
- Личное-неприличное! Мы же подруги.
- Эм...
- Колись! У тебя завелся мужчина?
- Скорее мальчик. И ты его знаешь.
- О Боже, нет, только не этот!!!
- Форвэт.
Алсу нервно закуривает, бегло оглядывая себя в зеркало бокового вида.
- Что такое? - Я обеспокоенно ерзаю, ожидая, что вот-вот услышу какой-нибудь ужасный упрек.
- А то ты не знаешь. Иногда они возвращаются. Мало тебе было Виталика?
- Неделю назад ты сама осталась ночевать у бывшего парня. И насколько я знаю, вы не ограничились чтением Кафки.

-Мы ограничились двумя комедиями, поп-корном и минетом. А  утром я услышала кучу гадостей в свой адрес.
- Например?
- Что он не будет меня целовать, потому что в губы целуют только любимых женщин.
- Фу, и вправду гадость.
- Хочешь получить нечто похожее?
- Я знаю, чего можно ожидать от Форвэта.
- Да что ты вообще можешь о нем знать?
- Только имя. Точнее, творческий псевдоним.
- Форвэт? В этом есть тайный смысл?
- "For What?" Расшифровывается как «За что?».
- Он имел в виду фразу «за что мне все это, Боже?».
- Это было трудно уместить в одно слово.
- А как его зовут на самом деле?
- Не знаю. Не спрашивала.
- Странно. Вы оба немного чокнутые.
- Я чувствую себя нормальной.
- «Нормальные» люди работают на заводе Форда.
- Боюсь, там работают не нормальные люди, а реальные челы.
- Не такие, как Вэт, это точно. Ты ведь любишь «юношей бедных»?
- Бледных.
- Твой Вэт сочетает в себе оба качества.
- В точку.
Алсу смотрит на меня с нескрываемой жалостью.
«К былым возлюбленным возврата нет...» повторяю я как мантру, перебирая смс, пришедшие за последние 3 часа. От Форвэта нет ни-од-ной.
Мы мчимся сквозь непогоду к Дому кино и мне немного грустно от мысли, что моя тайна перестала быть только моей. Теперь мне нужно делить слова на двое. Придумывать глупую правду и подгонять неопределенность к слитному и цельному финалу.
- И как у вас там?
- Что — как?
- Ну...отношения.
- Никак.
- Вы встречаетесь?
- Мы спим вместе.
- И это все?
- Пока да.
- Не верю я тебе, подруга. Просто не верю.
- Я тоже себе не верю, Ал. Но пытаюсь.
- Слушай, детка, он милый парень. Но не открывай ему душу, не стоит. Трахайся и все. Не говори, что он тебе дорог. Не шепчи всякий бред на ушко, не целуй в метро. Не позволяй ему этого делать. Держись.
- А иначе что?
- Она сожрет тебя живьем. Переварит с костями.
- Кто?
- Дура. Любовь.
- Любовь - как случайная смерть.

Мы несемся по пустому шоссе, проезжаем первый, второй, третий мост. Я не люблю скорость, но ночью лучше поменьше использовать педаль тормоза. Ночью по земле стелятся дурные сны и можно завязнуть в тумане чужих кошмаров. На сегодня сеанс закончен.
Алсу напряженно  всматривается в дорогу, в ее черных зрачках неподвижным экраном висит ночь.